Вы ждали этого три года.

В 2016 году лидер «Оклахомы» Кевин Дюрэнт скандально перешел в «Голден Стэйт» – клуб, который совсем недавно установил рекорд по победам в регулярном сезоне и отыгрался со счета 1-3 в финале Западной конференции как раз против «Тандер». За три сезона в команде Карри, Томпсона и Грина суперзвездный форвард успел завоевать два чемпионства, получил травму, оставившую его без баскетбола на год, принял участие в одном из самых громких скандалов НБА между одноклубниками и ушел из команды.

Всего три года назад Дрэймонд называл Кевина «сукой» и хвастался завоеванным без Кей Ди перстнем. Сейчас же бывшие партнеры встретились в рамках шоу Грина на Youtube-канале Bleacher Report и обсудили старый конфликт (а заодно много всего интересного).

Ниже – почти полный текстовый вариант интереснейшего интервью.

Грин: Тренер Браун, твой первый тренер, расскажи мне о нем.

Дюрэнт: Он научил меня фундаментальным навыкам. Казалось, что он учит меня основам игры, но в действительности это были основы жизни: как выжить, как стать зрелым человеком.

Он показал мне игру, рассказал о ее основах, о балансе внутри нее, о истории. Тогда я только начинал вникать во все это, но, кроме того, я также начинал лучше разбираться в жизни.

Это было особенное время, которое я часто вспоминаю.

Моя игра соответствует многим баскетбольным клише: я играю просто, играю эффективно, нацелен на результат. Он заложил это. Пытаюсь подходить к каждой тренировке как к игре, а к каждой игре – как к тренировке.

Грин: Ты учился и выступал в нескольких школах. Как ты относился к этому тогда? И что ты думаешь об этом сейчас?

Дюрэнт: Тогда я не замечал никакой разницы. Слушал тренера Брауна, маму, папу. Менял школы каждый год, чтобы участвовать в лучших соревнованиях, и с помощью этого выводил себя на новый уровень.

Грин: Люди сейчас пытаются провести параллели между тем, как ты менял школы, и тем, как ты сменил три разные команды в НБА. Что скажешь им на это?

Дюрэнт: В школе уровень моей игры рос очень быстро. Мне было необходимо попробовать себя в другой обстановке, чтобы понять, как далеко я могу зайти.

Грин: А почему ты перешел в Техас? На мой взгляд, Техас – это про футбол.

Дюрэнт: Да, это футбольный штат. Но там также играли отличные баскетболисты. Это выглядело отличной ситуацией для меня. К тому же я жил в самом Остине. Не в маленьком городке при колледже, а в большом городе. Я чувствовал себя отлично.

Дюрэнт пришел на интервью к Грину: обсудили расколовшую «Уорриорз» ссору, уход Кевина из клуба, поведение Кайри в «Нетс»

Грин: Я рос в Сагино и был самым высоким парнем. Все хотели, чтобы я играл центрового. Мне повезло, что дядя смог научить меня водить мяч и другим навыкам защитников. Но все равно меня всегда заставляли играть центрового. 

А ты семифутер. Ты никогда не признаешь этого, но ты семифутер. И ты никогда в жизни не играл даже четвертого номера до того момента, как попал в «маленькую» пятерку «Голден Стэйт». Кто решил, что тебе не нужно находиться под кольцом, хотя ты и был выше всех остальных?

Дюрэнт: Я, кстати, немного играл «четверку» в колледже, потому что не умел хорошо водить мяч. Но все равно проводил большую часть времени на периметре.

А вообще это идея тренера Брауна и тренера Чанки. Они каждый день видели, как я носился по всему корту. Даже без мяча в руках, просто бегал вместе с детьми. Они также замечали мою ловкость, когда я играл в футбол и занимался другими вещами. Я не был заторможенным.

Грин: Эй, ты хочешь сказать, что я заторможенный? Ну, хорошо-хорошо.

Дюрэнт: Не, ты тоже не заторможенный. Ты даже не «большой» – всего 6’6, брат. Играешь так, будто ты больше, чем на самом деле. Но многие парни просто высокие и худые и не умеют хорошо двигаться.

А я всегда хотел играть разыгрывающего или атакующего защитника. Однако я рос быстро, и некоторые тренеры просто ставили меня под кольцо. Но когда я брал подбор, просто бежал в проход от кольца до кольца. Со временем я развил умения бросать и обыгрывать.

Грин: Помню, ты сказал, что тебе надоело быть вторым номером. Ты был вторым пиком, был вторым игроком страны. Когда ты почувствовал это и почему?

Дюрэнт пришел на интервью к Грину: обсудили расколовшую «Уорриорз» ссору, уход Кевина из клуба, поведение Кайри в «Нетс»

Дюрэнт: Мы только что проиграли в финале. Я чувствовал, что мы были близки в каждой игре. Люди говорили, что мы сыграли отлично, что мы молоды и скоро вновь окажемся там.

Но мне было наплевать на это. Я жаждал выиграть ту серию, жаждал завоевать чемпионство. А люди хотели, чтобы я привык быть вторым. Это никогда не соответствовало моей ментальности – побеждать в каждой игре. 

Я ценил то, что люди уважали мою игру. Но мне хотелось большего для себя.

Грин: Ты провел первые девять лет в «Оклахоме», а затем решил покинуть ее. В конечно счете ты решил перейти в «Уорриорз», хотя и знал, как это будет смотреться. Все говорили, насколько «Уорриорз» сильны, но ты все равно принял такое решение. Почему?

Ты думал что-то вроде: «Мне все равно, как вы там считаете. Так будет лучше для меня»? Или же ты принял это решение исключительно по баскетбольным причинам?

Дюрэнт: Это было связано исключительно с баскетболом. И мне также было все равно, что думают остальные. Но в основном я просто чувствовал, что идеально соответствую вашей игре на обеих половинах площадки.

Я понимал, что достиг уровня игры, при котором должен попробовать себя в таком баскетболе. Очевидное решение, я бы поступил так миллион раз. Не испытывал никаких сомнений. 

Во время переговоров я уже четко знал, чего хочу. Но желал пройти через весь процесс подписания, чтобы окончательно убедиться в этом. Хотя уже заранее все понимал, ведь я видел ваши игры, интервью и происходящее вокруг. Это то, как я хотел играть. Мне нужно было пойти этим путем, чтобы продолжить развитие.

Когда я ясно представил это, сразу же понял, что ждет меня впереди. Рассматривал ситуацию в качестве необходимого жизненного опыта. Хотел испытать, насколько хорошо справлюсь с этим. И знаешь, все отлично сложилось.

Дюрэнт пришел на интервью к Грину: обсудили расколовшую «Уорриорз» ссору, уход Кевина из клуба, поведение Кайри в «Нетс»

Грин: Три года, два чемпионства. Было бы и третье, если бы ты не травмировался. Но мне кажется, что после второго года ты охладел к происходящему. Будто ты сделал свое дело и теперь сосредоточился на чем-то другом. Однако у нас появился шанс для третьего чемпионства подряд. Думаю, ты вернулся в «Голден Стэйт» на третий год именно из-за возможности сделать три-пит. Я прав или ошибаюсь?

Дюрэнт: Интересные слова. Об этом говорило немало людей. Я понимаю их. Ведь когда я пришел в «Голден Стэйт», я выглядел беззаботно, с горящими глазами жаждал нового опыта, еще не знал, что ждет нас впереди. 

Но затем я уже понимал, что мы должны делать для того, чтобы побеждать каждую ночь. Знал, какова моя роль в команде. В предыдущих командах я не понимал, должен ли быть скорером, должен ли доставлять мяч партнерам и задействовать их, должен ли бросать трехочковые. Здесь же я в точности осознавал свою роль, полностью концентрировался на ней и не давал слабины. Ты видел это. На занятиях в тренажерном зале, на тренировках, на бросках, на видеоразборах – я всегда был невероятно сфокусирован. Люди даже задавались вопросом, получаю ли я удовольствие от происходящего.

Когда я погружаюсь во что-то с подобной интенсивностью, остальное в жизни становится для меня неинтересным. Я получал настоящее удовольствие, иначе бы не сыграл 78 матчей в том году. Просто бы ждал конца сезона и пытался бы проявить себя в плей-офф. Но я проявлял себя в каждом матче. Каждый день усердно работал. К каждому сопернику подходил с должным уважением вне зависимости от того, кто играл против нас. Мне нравилось, что я так сфокусировался на работе.

Возможно, мне следовало больше общаться с людьми, рассказывать о том, через что я прохожу. Но мне нравилось ставить перед собой цели и добиваться их выполнения. Я знал, что мы собираемся побеждать в каждом матче.

И это большая редкость, когда игрок НБА находится в такой ситуации. Знает, что борется за победу в каждом матче. Так что я больше всего старался продлить этот момент.

Грин: Ответь лично мне. Меня постоянно критиковали после того, как ты ушел. Как сильно повлиял на твое решение покинуть «Уорриорз» наш спор в матче против «Клипперс»?

Дюрэнт: Это не было спором. Все, в том числе Стив Керр, повели себя, будто ничего не произошло. Затем Боб Майерс попытался призвать тебя к дисциплинарной ответственности, он думал, что так сможет замаскировать все происходящее.

Для меня это оказалось действительно большой ситуацией, с которой мы столкнулись в качестве коллектива. Впервые мы вместе должны были преодолеть нечто подобное. 

Помню, как смотрел «Последний танец». И когда Скотти не вышел на паркет, вся команда сказала ему, что он поступил неправильно. Мы тоже нуждались в подобном. Мы должны были разобраться со всем этим дерьмом. Вывалить все друг перед другом, сказать: «Йо, Дрэй, Кей, это полная хрень, нам теперь нужно разобраться с этим. Давайте избавимся от этого дерьма и просто достигнем нашей цели». Не думаю, что мы так сделали.

Мы ходили вокруг да около. Мне это не нравилось. Не нравилась обстановка между нами. Это выглядело странно. Я бы предпочел, чтобы мы вели себя так, как позиционировали раньше: как семья, говорили друг с другом. Мы не продемонстрировали ничего подобного. Это вывело меня из себя больше, чем что-либо.

Грин: Когда мы вернулись из Лос-Анджелеса, я просидел в машине час и сорок пять минут у отеля «Хэзел», затем они пригласили меня в номер и начали уверять, что я должен извиниться. Я ответил, что поговорю с Кеем, и что они не имеют права указывать мне, что я должен сделать. И затем они еще целый час и сорок пять минут продолжали говорить о всяком дерьме. В итоге они поняли, что так ничего от меня не добьются. И решили попробовать снова утром. 

Мы встретились следующим утром. Они решили, что раз я поспал после всего произошедшего, то теперь готов принести извинения. Прямо там и прямо тогда я ответил им: «Еще немного и вы облажаетесь с этой ситуацией. Единственные люди, способные решить проблему, это я и Кей. Вы не способны сделать что-либо. Еще чуть-чуть и вы облажаетесь по полной». 

По-моему, они облажались.

Дюрэнт: Я тоже так думаю.

Дюрэнт пришел на интервью к Грину: обсудили расколовшую «Уорриорз» ссору, уход Кевина из клуба, поведение Кайри в «Нетс»

Грин: Они сказали, что собираются отстранить меня от игры. Я рассмеялся. Буквально рассмеялся им в лицо. Боб сказал, что не ожидал такой реакции. А я ответил, что либо буду смеяться, либо просто пошлю их. Я выбрал смех.

Интересно, что тогда в номере я сказал им практически о том же самом, что и ты мне сейчас.

Дюрэнт: Иногда мы все заходим слишком далеко. Мы все несем на своих плечах обиды. И нас таких миллионы. Представь, миллионы людей сейчас пытаются войти в эту дверь. Кто-то пихается локтями, пинается, толкается. Мы все пытаемся занять свое место. Сотни миллионов из нас пытаются занять 12-15 мест в командах. На наших плечах лежит груз. Я ценю, когда люди признают, насколько тяжело попасть в лигу. Для того чтобы оказаться здесь, мне пришлось отбиться от сотен мазафакеров, пришлось забыть про многих друзей, отказаться от того, что я любил в детстве. 

Но человеком, который заходил слишком далеко, всегда был Дрэймонд Грин. Ты постоянно пытался продемонстрировать, что пришел сюда не в игрушки играть. Второй раунд драфта, недостаточный рост, мало каких-то умений, не играешь так, как хотели бы от баскетболиста твоего роста… Схожая история была у Рассела Уэстбрука, нечто подобное у Джеймса Хардена. Когда эти парни были детьми, они делали все то же, что и остальные люди, а еще занимались на площадке. Это довольно сложно – ежедневно заниматься одним и тем же на протяжении всей жизни. И я понимаю, откуда у них такое эго. Откуда такая гордость. И откуда столько обид.

Но ты смог дойти до того состояния, где просто стал наслаждаться тем, кем являешься. И тебе не нужно постоянно перед кем-то оправдываться. Ты не желаешь никому навредить, но если тебе что-то нужно, ты добьешься своего. Мы все уважали это.

Дюрэнт пришел на интервью к Грину: обсудили расколовшую «Уорриорз» ссору, уход Кевина из клуба, поведение Кайри в «Нетс»

Расс, Джеймс, Кайри, Стеф, Клэй – все они добились успеха на своих условиях. Это вдохновляет людей. И не только в баскетболе.

Грин: Мы были одноклубниками, когда тебя поймали с подставным аккаунтом. Мне нравится в этой истории то, что ты все, что писал с подставного аккаунта, затем начал писать уже с основной страницы Кевина Дюрэнта. Многим людям это пришлось не по вкусу. Они не любят, когда ты отвечаешь фанатам, когда постоянно отправляешь твитты. Как ты относишься к этому?

Дюрэнт: Думаю, что многие люди до сих пор расстроены тем, что я перешел в «Уорриорз». Многие люди, являющиеся фанатами «Кавальерс», наслаждались тем, как «Кэвс» обыгрывали вас до меня. Действительно большое количество людей, я не осознавал этого до того момента, пока не перешел к вам. Много людей радовалось вашему поражению в 2016-м. И многие из них расстроились из-за того, что вскоре мы стали настолько хороши. Они расстроены до сих пор. 

Ты занимаешься тем же дерьмом в Twitter, что и я. Дэмиан Лиллард, Си Джей Макколлум делают то же самое. Мы все делаем одно и то же дерьмо. Но в моем случае это считается проблемой. Спишем на то, что я слишком хорош в своих делах. В том, как играю. Наша команда была потрясающей, мы так хорошо подходили друг другу. Им не понравилось такое великолепие. И, как мне кажется, именно я стал причиной этого великолепия. Так что все гораздо глубже.

Сейчас я отношусь к этому со смехом. Потому что никто не может отнять у нас того, что мы сделали. И они знают, что им нравилось смотреть за тем, как мы играли. 

Дюрэнт пришел на интервью к Грину: обсудили расколовшую «Уорриорз» ссору, уход Кевина из клуба, поведение Кайри в «Нетс»

Грин: На мой взгляд, это лучшая эра в истории баскетбола.

Дюрэнт: Да. И я не перестану вступать в разговоры с фанатами. В конце концов я обсуждаю только баскетбол. Я не говорю о политике, не указываю, как жить. Не хвастаюсь деньгами или влиянием, ничем подобным. Буквально общаюсь только на тему баскетбола. Не думаю, что это вредит кому-либо.

Грин: Я бы хотел увидеть, как Девин Букер становится чемпионом. Но этот финал не идет в сравнение с играми «Уорриорз» против «Кавальерс» или даже «Уорриорз» против «Рэпторс». Не сожалеешь ли ты о том, что мы упустили возможность завоевать еще, например, пять чемпионских титулов?

Дюрэнт: «Нет, у меня нет никаких сожалений. Все получилось так, как и должно было произойти. Я бы хотел, чтобы мы завоевали три-пит, потому что это большая редкость. Нам не хватило совсем немного. Но у меня нет никаких сожалений, потому что если бы мы сохранили здоровый состав в «Нетс», у нас появился бы отличный шанс на победу.

Я был травмирован на протяжении года, и это действительно изменило мое восприятие всего, что делаю и делал раньше. Время в «Уорриорз» – особенное, но я обязан двигаться дальше.

Грин: Сейчас ты в «Нетс». И ты знаешь, как много обращают внимание на Кайри и его верования. На то, что он пропускает игры. Как и мы все, занимается всякой ерундой. Многие люди сейчас говорят, что из-за этого вы не сможете достичь желанных высот. Что ты думаешь на этот счет?

Дюрэнт: Как мне кажется, народ не любит Кайри из-за того, что он хотел покинуть «Кливленд» и хотел покинуть «Бостон». Не думаю, что есть более существенная причина. Он никому не причинял вреда. Не говорил никому неуважительных вещей. Его игра прекрасна, за ним приятно смотреть. Думаю, людям просто не нравятся решения Кайри по выбору мест, где он хочет играть.

Дюрэнт пришел на интервью к Грину: обсудили расколовшую «Уорриорз» ссору, уход Кевина из клуба, поведение Кайри в «Нетс»

Пресса усиливает эффект, потому что за каждым в лиге есть свой грешок. Они в течение шести месяцев могут говорить что-то такое, с кем никто не согласен. Такова природа бизнеса. Когда ты очень хорош в своем деле, все имеет большее значение.

Но в нашей команде никто не придает большого значения тому, что делает Кайри. Как и везде. Нам было все равно, когда Клэй пропустил тренировку, верно?

Грин: Вообще без разницы.

Дюрэнт: Если ты можешь играть, если ты здоров, нам абсолютно все равно. Помнишь, как вы проклинали друг друга с тренером? Мы все были достаточно зрелыми, чтобы понимать, что мы приходим на работу и занимаемся своим делом. А ты – это только ты.

Грин: Семья. Тебе сейчас 32, и у тебя нет детей. У меня трое детей, и мне 31. Я пошел немного другим путем. Почему у тебя нет детей? Ты бы хотел завести их потом? Или они не нужны тебе?

Дюрэнт: Мне кажется, что я уделяю много внимания работе и тому, как провожу личное время. Так что сейчас это было бы чересчур.

Но в будущем я бы хотел этого. Чем старше становлюсь, тем лучше. Я становлюсь более и более зрелым мужчиной, лучше понимаю себя. Если бы я сейчас связал жизнь с другим человеком, все получилось бы отлично. Гораздо лучше, чем десять лет назад, когда я не знал, что делать. Так что чем больше я жду, тем лучше.

Грин: Чем дольше ты ждешь, тем меньше твой ребенок будет знать о том, кто такой Кевин Дюрэнт. Ты это понимаешь?

Дюрэнт: Рад, что он не будет знать этого. Иначе на него будут давить, чтобы он делал то, что делал я. Пока я играю, на него будут давить, чтобы он попал в НБА. Если ты видишь маленького Кей Ди, ты ожидаешь, что он станет баскетболистом. А я даже не знаю, будет ли мой ребенок высоким и полюбит ли вообще игру так же сильно, как и я. Лучше я расскажу ему о себе потом. Мне не хочется, чтобы кто-либо попадал в мой мир и испытывал хоть какое-либо давление от того, что он якобы должен делать то же, что и я.

Дюрэнт пришел на интервью к Грину: обсудили расколовшую «Уорриорз» ссору, уход Кевина из клуба, поведение Кайри в «Нетс»

Грин: Ты, возможно, еще лет десять сможешь играть. Но чем займешься потом?

Дюрэнт: Определенно хочу остаться в игре. Я многому учусь сейчас, но пока не знаю, где смогу использовать навыки. В тренерстве, менеджменте или стану владельцем. Мне кажется, я впитал так много знаний, что смогу принести пользу в любой области этой игры. 

За ее пределами мне интересен мир техники, медиапространство, искусство. Все те вещи, которые приносят удовольствие, когда у меня появляется свободное время.

Грин: Что принесло тебе самое большое счастье за время профессиональной карьеры?

Дюрэнт: Мне не очень нравится использовать слово «счастье». Это кратковременное чувство, которое то появляется, то исчезает. Не хочу пытаться угнаться за ним. Это просто неэффективный подход к жизни. 

Мне нравится просто ощущать спокойствие и наслаждаться жизнью каждый день. Не хочу быть счастливым или несчастным. Даже не хочу чувствовать это. Просто хочу двигаться по течению жизни. 

Я испытал так много. И хочу испытать еще больше, насладиться каждым моментом. Но не гнаться за счастьем.

Источник: sports.ru

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here

тринадцать − один =